Заказать консультацию



Спасибо, мы скоро с вами свяжемся.

По рекламе и размещению в Юркаталоге звоните:

+375 44 77-361-33

НАТАЛЬЯ ШЕПИТЬКО: Мы в семье привыкли делиться своими удачами и неудачами

О своем профессиональном пути, об особенностях работы юрисконсультом, об образовании семейного адвокатского бюро, о работе с сыном, а также о многом другом рассказывает партнер адвокатского бюро «ТрастКонсалтГруп Плюс» Наталья Шепитько, которая начала свой путь в юриспруденции еще в 1970-е годы.

Наталья Шепитько

Наталья Шепитько

Чем Вас в свое время привлекла юриспруденция? Ведь в 70-е годы она не была столь востребована.

– Я родилась в Киргизии. Во дворе, где жила, была соседка, которая на тот момент занимала должность заместителя председателя областного суда. Она ко мне очень хорошо относилась. Своих детей у нее не было, и я часто бывала у нее в гостях. Когда закончила школу, она меня пригласила побывать в суде. В 1970-е годы действительно мало знали о профессии юриста.

Чтобы поступить на дневное отделение на юридический факультет, требовался стаж 2 года, причем работы именно в правоохранительной системе. Для поступления на заочное отделение нужно было 6 месяцев такого стажа.

Я прошла тестирование в областном суде, и меня взяли туда секретарем судебного заседания. Проработав полгода, решила попробовать поступить на заочное. Поступила. Поскольку работать в областном суде было сложно из-за командировок, перешла в городской суд.

Тоже секретарем?

– Да. И судья, с которым я по большей части работала, к этому времени из областного суда перешел в городской. По сути дела, он меня и уговорил перейти. Это был умудренный опытом, очень грамотный человек.

После мне несколько раз предлагали сменить работу, но из городского суда я так и не ушла. Практика там была колоссальная.

Когда закончила юридический факультет, сменила место жительства – переехала в Казахстан. Пришлось искать другую работу. Первое, что предложили, – пойти юрисконсультом на промышленное предприятие, достаточно крупное объединение. Оттуда, проработав около трех лет, ушла арбитром в Государственный арбитраж. Но не осталась там, потому что был не решен жилищный вопрос.

Через три года поступило предложение перейти в производственную организацию, связанную с жилищным строительством, где решался бы мой вопрос с жильем. Там проработала порядка 10 лет. В 1994 году, после распада Союза, мы с мужем переехали в Беларусь, где проживали его родной брат и мама.

Как складывалась работа в Минске?

– Работала в коммерческих организациях. Потом получила лицензию на право оказания юридических услуг и параллельно с работой на ОАО «Минский завод строительных материалов» практиковала в качестве предпринимателя. А с 2009 года ушла в юридическую фирму по оказанию услуг «ТрастКонсалтГрупп», на базе которой, по сути, в связи с изменением законодательства об адвокатуре было создано наше адвокатское бюро.

Если честно, я не знаю, как можно представлять интересы субъектов хозяйствования, по большей части которыми мы занимаемся, без возможности участия в судебных заседаниях. Мы работаем с сыном. Он у меня управляющий партнер. Я этим очень горда.

И дочь маркетолог?

– Помощник адвоката.

Почему не сразу после принятия Закона перешли в адвокатуру?

– Мы дорабатывали год. У компании были другие учредители. Юридическая фирма «ТрансКонсалтГруп» – это в любом случае была коммерческая организация по оказанию коммерческих услуг, в которой мы с сыном работали как аттестованные юристы, потому что в организации должны были быть юристы со свидетельством об аттестации, которое выдает Минюст.

А в связи с изменением законодательства мы перешли на такую форму. Не хотелось все резко менять. Год готовились, готовили клиентов. Какие-то переходящие дела и прочее. И с 2013 года с сыном создали свое адвокатское бюро. По сути, клиенты остались те же.

Почему бывшие учредители согласились передать вам своих клиентов?

Наши учредители к тому времени ушли в бизнес по другому направлению, а оказанием услуг в юридической компании занимались только мы, других аттестованных специалистов у нас не было.

Получается, вы оставили себе только название…

– В наше название мы добавили еще слово «плюс», так как клиенты нас знали, и нам было проще себя позиционировать с этой точки зрения. И чтобы это не задевало струнки души бывших учредителей. Да и у нас красивый товарный знак был – мы заключили соответствующий договор с его владельцами и используем его сейчас на фирменных бланках.

С созданием адвокатского бюро расширились наши возможности. Теперь мы можем представлять интересы физических лиц в общих судах. Может, мне уже поздновато в силу возраста набираться этого опыта, а вот сыну как молодому и перспективному адвокату такая практика очень интересна.

Некоторые адвокаты бывшие хозяйственники жалуются на общие суды, на происходящие там постоянные неразрешимые конфликты, в которых они не привыкли жить в хозяйственных судах.

– Думала, я одна испытываю такое ощущение. Столкнулась с ситуацией, когда общий суд какие-то процессуальные моменты не столь четко декларирует в своей деятельности, как это делается в экономических судах, что не совсем привычно. Возможно, случается это в силу большой загрузки судей.

Нам, к тому же, еще сложно несколько в том отношении, что у нас маленькое бюро, недостаточно большой круг общения. В больших адвокатских бюро или юридических консультациях больше возможностей поделиться опытом, пообщаться, обменяться какими-то впечатлениями, какой-то информацией. Мы, по сути, варимся в своем соку и нарабатываем опыт на собственных ошибках. В этом есть, конечно, свой плюс  – получив шишку на собственном опыте, запомнишь навсегда.

Когда мы работали как лицензианты, крайне мало получали какого-то общения по линии Министерства юстиции. От коллегии же адвокатов есть поддержка. Но хотелось бы больше внимания, например, чтобы подсказали некоторые формальности в работе адвокатского бюро, например, как оформлять гонорар, как соблюсти все требования и особенности в деятельности адвокатского бюро.

Чем запомнилась работа юрисконсультом?

– В принципе, я довольна своей профессией, довольна, что всю жизнь проработала в этой сфере. Мне очень нравилось работать на предприятиях, там была обширная практика. Придя первый раз на предприятие, ни разу не видела «живой» претензии. Я рассматривала широкий круг вопросов, начиная от кадров и заканчивая оформлением недвижимости, аукционов, конкурсов, закупок и производства. На предприятии нет ни одного направления, которое бы, готовя какие-то материалы или решая какие-то вопросы, не проходило через юридическую службу.

Иногда я слышу жалобы, что к юрисконсультам относятся не очень уважительно. Но, полагаю, это не совсем зависит от администрации, коллектива, это зависит по большей части от самого юриста. Нужно проявлять должную квалификацию, старание.

Я уходила с предприятия с большим сожалением. В связи со сменой руководства не нашла морального удовлетворения для дальнейшего продолжения работы. Жаль было расставаться с коллективом.

Я всегда говорю, что все решают кадры. Однозначно. В любой отрасли, в любой организации, кроме общей экономической ситуации, каждого короля делает его свита.

Часто считают большой заслугой работу в течение 20 лет на одном предприятии. Не думаю. Многие, проработав 20 лет на предприятии, настолько законсервировались в своем кресле, в своей монотонной работе, что дальнейшее развитие  просто себе не представляют. Полу в шутку, полу всерьез говорю часто, что нормальной женщине надо раз в три года менять работу и каждые пять лет мужа. (Смеется) Какое-то развитие вперед должно быть.

Нас же сейчас спасает то, что постоянно меняется круг общения. Одни приходят, другие уходят, как правило. Каждый раз разные процессы, разные ситуации, разные обстоятельства. Это, естественно, не дает возможности застаиваться.

Почему детей направили в юриспруденцию?

– У дочери другая профессия, она нам просто помогает – делает техническую и организационную работу. Она не захотела идти в эту профессию. Всегда говорила, что никогда не будет юристом, потому что «это невозможно, вы только об этом и говорите». Мой муж раньше работал заместителем директора. Мы когда собирались по вечерам дома, у нас были очень бурные дискуссии, обсуждения, споры, особенно когда вместе работали в коммерческой организации.

А у сына я видела его дотошность,  умение словить правильное направление. Когда заканчивал школу, он сказал, что хотел бы быть юристом, как мама, и решил поступать в Академию Управления при Президенте – тогда это была Академия Управления при Совмине. Впоследствии он не раз говорил, что доволен выбором профессии. И я вижу, что он с удовольствием работает. Даже иногда подшучиваю над ним, что он у меня как профессор – если я чего-то не знаю, то обращаюсь к нему. У него теоретическая подготовка более свежая и современная. Он очень быстро ориентируется. Если я сомневаюсь в каком-то термине или толковании, он мне все разъясняет, и мне это очень импонирует.

Почему сына назначили управляющим партнером?

– У меня уже не юный возраст. Какое-то время я, естественно, буду работать, потому что сидеть дома мне совсем не хочется. Виталий же – молодой и перспективный, пусть берет на себя ответственность и привыкает к этому. Он и до этого был директором юридической компании, имеет опыт руководителя коммерческой организации.

Думаю, в дальнейшем наше бюро будет расширяться. Пусть сын подбирает себе коллектив, если есть желание, пусть растет. Возможности для этого есть.

Какой совет вы давали ему на начальном этапе, когда он стал работать уже?

– Еще учась в Академии на последнем курсе, он работал юрисконсультом. Поначалу ему сложно было с таможенными оформлениями. Он приходил к нам, и мы ему показывали и рассказывали. Давали советы, обсуждали.

Мы в семье привыкли делиться своими удачами и неудачами. Ведь не всегда выходишь победителем, иногда за свою победу приходится бороться и год, и два, если есть за что побороться. Моя позиция – надо идти до конца, но только в разумных пределах. Если нет шансов, клиенту разъясняем ситуацию.

Как продвигаете бюро?

– Мы почти не размещаем о себе рекламу. Клиенты приходят сами – кто-то где-то советует. Нам не приходится заниматься поиском клиентов, загрузки достаточно. Тем более, на обслуживании у нас есть крупная коммерческая организация, работы с которой хватает с утра до вечера – в процессе ее хозяйственной деятельности возникает много вопросов. Есть клиенты, которые нас на сайте нашли.

По сути, мало что кардинально поменялось в нашей деятельности, когда мы  перешли от оказания юридических услуг к адвокатской деятельности. Специфика нашей работы все равно связана с оказанием юридической помощи субъектам хозяйствования. Также мы работаем по вопросам учредительства и корпоративным спорам.

На сайте видела, что вы работаете и с наследственным правом…

– Если люди обращаются. Но пока по наследству у нас больших дел не было. Хотя мы не исключаем эту возможность. Также работаем по разделу имущества, совместно нажитого супругами, по взысканию долгов, по договорам займа.

Если люди обращаются и мы в силу занятости способны принять, принимаем. Хотя основная наша направленность – это хозяйственное право.

А иностранные клиенты есть?

– Есть один клиент. Но руководитель этой организации – наша соотечественница, которая работает в прибалтийских странах. Мы с ней раньше сотрудничали, и сейчас у нее здесь возник дебитор, она, естественно, обратилась к нам.

Как вместе работается в семейном кругу? Обычно сыновья не хотят, чтобы мамы им давали советы…

– Обычно сыновья не хотят, чтобы им советовали в личной жизни. А что касается работы, то нам вполне комфортно и интересно работать вместе.

Мы не испытываем каких-то взаимных недоверий. Я спокойно могу обратиться к Виталию, чтобы он мне что-то посоветовал, подсказал, точно так же как и он ко мне. Или где-то, если надо, мы советуемся и обсуждаем какой-то общий вопрос. Если мнение не совпало, то ищем какие-то решения, изучаем варианты.

А спорные вопросы как решаете?

– У нас их не бывает. Как правило, наши мнения совпадают. Не припоминаю, чтобы мы когда-то спорили касательно работы.

Работа переносится во внерабочее время?

– Думаю, переносилась бы, если бы мы проживали совместно, но, к счастью, мы все проживаем раздельно и далеко друг от друга в пределах Минска. Вечерами, если только по телефону что-то обсуждаем.

Каким Вы видите будущее бюро?

– Мне бы хотелось, чтобы кто-то еще пожелал прийти в наше бюро. Возможно, кто-то из адвокатов присоединился бы. Не знаю, насколько это реально. Некоторые адвокаты наоборот из бюро перешли на работу индивидуально из-за налогового обременения.

Хотелось бы расшириться немного. Если я со временем все-таки закончу свою деятельность, то Виталию переходить на работу индивидуально будет не очень интересно.

Среди студентов профессия адвоката набирает популярность.

– Принимать на работу стажеров мы сможем, к сожалению, не ранее, чем через три года, потому что по закону иметь стажеров в составе адвокатского бюро можно только при наличии пятилетнего стажа адвокатской деятельности. У нас пока только два года стажа адвокатской деятельности. Поэтому пока мы стажеров не принимаем. Помощника нам достаточно

А чтобы брать помощника адвоката и платить ему достойную зарплату, надо иметь достаточно большой объем работы, чтобы загрузить этих людей. Пока у нас такой объем работы, что я не вижу в этом целесообразности.

Работая на предприятии, я, как правило, всегда расширяла круг деятельности внутри предприятия и создавала бюро, службы, отделы, и начинали набирать. Естественно, чаще всего приходили молодые люди с небольшим опытом, которые еще не имели амбиций работать самостоятельно. Они наоборот хотели работать под чьим-то руководством, чтобы наработать опыт. Через меня достаточно много прошло молодых талантливых учеников, которые в последующим  самостоятельно начинали работать и до сих пор в «Одноклассниках» пишут мне и вспоминают. Очень приятно читать об их успехах.

 

Беседовала Анастасия КУЗЬМИНА, «Юркаталог»

 

 

1136