Заказать консультацию



Спасибо, мы скоро с вами свяжемся.

По рекламе и размещению в Юркаталоге звоните:

+375 44 77-361-33

ЕЛЕНА ГРИТЧЕНОК: Чувство ответственности помогает подниматься и идти на работу

«Хоть про себя не могу сказать, что я прям такой человек амбициозный, что я должна быть при любом раскладе первой и самой лучшей, но внутри все равно есть чувство, что я тоже должна чего-то добиться в этой жизни, чтобы потом сказали: «А, вот это Гритченок!» О первых мечтах стать адвокатом, о работе корпоративным юристом, о переходе в свободное плавание, о качествах адвоката, о мыслях покинуть юриспруденцию, о написанных книгах, о распределении времени между работой и личной жизнью, о возможности отдыха рассказывает адвокат Елена Гритченок.

Елена Гритченок

Елена Гритченок

– Кем Вы мечтали стать в детстве?

– Сначала учителем, потом доктором. Наверное, потому что все девочки в это играют. А вот юристом не мечтала стать.

– Как пришли в профессию?

– Наверное, в классе десятом стала задумываться. В семье начались разговоры. У меня родители с юриспруденцией никак не связаны, но папа посоветовал пойти в юристы. Мы еще на тот момент в России жили. Там тогда уже частная практика у адвокатов была. Это у нас только сейчас стали адвокаты-индивидуалы хоть как-то сами работать. В России это широко распространено.

У меня стали появляться мысли, что стану адвокатом, будет у меня своя контора. Вот и решила поступать. Одиннадцатый класс я закончила в России, а потом мы переехали в Беларусь. Здесь тогда частных адвокатов не было, в консультацию сложно попасть, поэтому решила стать просто юристом. Об адвокатуре уже как-то забылось, и уже не планировала работать адвокатом, пока закон новый не приняли.

– Учились в БГУ?

– Да, заканчивала БГУ. Когда приехали, мало знала о белорусских вузах. Знала, что БГУ статусный, главный. Поэтому у меня не стоял вопрос, куда идти. Мы приехали с мамой, остановились здесь у родственников, и я поступала именно туда.

– Когда впервые пошли работать?

– Когда закончила университет. После пятого курса стала искать работу.

Я училась на платном отделении, у нас был свободный диплом. Мне предлагали распределение, но по месту жительства – в Мозырь, там живут мои родители. Уезжать из Минска не хотелось – я про Мозырь мало что знаю, хотя там родилась. Когда мне было 6 лет, мы переехали. Возвращаться туда совсем не хотелось. Мне всегда большие города нравились. Да и в Минске больше возможностей.

Я стала искать работу. Мне позвонили и предложили работу в ООО «Агентство Владимира Гревцова». Они тогда занимались созданием правовой базы «Бизнес-инфо». По телефону мне сказали, что работа юриста, с юридическими документами. По факту оказалась работа редактора с документами, которые потом помещались в эту базу. Она тогда только-только создавалась. Я решила поработать, но параллельно искала и работу по специальности.

Потом так получилось, что один из юристов компании уволился, место освободилось. Я набралась смелости, пошла к директору и попросила взять меня на место юриста. Уточнили образование, опыт. Конечно, я была без опыта. Прошла собеседование с начальником юридического отдела. Взяли на испытательный срок. Так и осталась…

– И проработали там семь лет?

– По документам так получилось, но на самом деле проработала года три. После этого ушла в декрет на пару лет и больше туда уже не вернулась.

В «Агентстве Гревцова» работала вторым юристом. Начальником отдела была Мила Новицкая. На тот момент, когда я вышла издекретного, у Милы было уже зарегистрировано ЧУП «Юридического агентство Милы Новицкой», и она предложила мне стать директором.  Некоторое время, работая у Милы, я еще числилась и в агентстве Гревцова.

– Какие навыки Вы приобрели, работая в агентстве Милы Новицкой?

– Ответственности было больше на мне. Хотя все равно основные вопросы согласовывала с учредителем – Милой. До этого надо мной всегда кто-то стоял, а здесь приходилось многие вещи делать самой – научилась быть более самостоятельной.

Может быть, именно потому, что я проработала директором, в конце концов, решила зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя и начать работать как юрист-хозяйственник самостоятельно.

– Прочитала, что Вы начали самостоятельно работать в 2011 году…

– Да, в апреле.

Не страшно было в никуда уходить?

– Честно говоря, было страшновато. Я по натуре боязливый человек, если дело касается чего-то нового и нужно принимать какое-то ответственное решение в плане своего будущего. Не знаешь, что тебя ждет, когда уходишь оттуда, где у тебя есть стабильность, зарплата и прочее.

Но меня где-то поддержала Шаркота Лариса, директор ООО «БетСити», – один из моих основных клиентов, у которых я сейчас как штатный юрист по большому счету, потому что делаю всю работу штатного юриста. Если бы вообще клиентуры не было никакой, наверное, еще долго решалась бы…

Когда стала регистрироваться как ИП, я ее предупредила, что ухожу. Ведь, ее роль в принятии решения была немалой. Она сказала, что будет работать со мной. Хотя агентство Милы на тот момент оставалось, но было очевидно, что Мила скоро отойдет от дел. С моей стороны не было такого: «Я иду в вольное плавание, пойдемте со мной». Но люди привыкают работать с одним юристом. Так было и здесь. Хотя было сложно все это, потому что я, Мила и Лариса связаны не только работой, но и дружескими отношениями. И я рада, что эта ситуация нас не рассорила и мы все вышли из нее достойно.

Когда уходила, понимала: один клиент есть, а дальше наработаем. Если бы вообще не было никого, я, может быть, еще долго думала пойти или нет. В этом плане я тяжеловато принимаю решения. А ушла, потому что, во-первых, финансовые вопросы сыграли свою роль. Как раз в 2011 году был кризис, курс вырос. А все-таки зарплата была привязана к курсу. Когда рыночный курс один, а зарплату тебе считают по-другому…

Еще роль сыграло и понимание, что ты делаешь работу на кого-то, а можешь это же делать сам на себя.

Это мне постоянно мои родители твердили. Так что была и их роль в принятии решения о вольном плавании. Мила все больше и больше от дел отходила, а я становилась все больше самостоятельной…

– А Мила не предлагала партнерство?

– Мила в Лондоне уже живет долгое время. Все шло к тому, что по итогу она все равно закроет фирму.

– Как сейчас привлекаете клиентов?

– По большей части сарафанное радио работает. Рекламу даю пока только в журналах «Индустрия красоты» и «Индустрия гостеприимства». Но здесь больших финансовых потерь в связи с этим у меня нет, так как я пишу им статьи, а они размещают мою рекламу. Такое у нас сотрудничество.

Еще у меня подруга в адвокатуре – сразу после института пошла. Подкидываем друг другу дела. Она, например, с хозяйственными вопросами вообще не работает. Если у нее такие клиенты есть, она мне их отправляет,  я ей – граждан. Не люблю с гражданами работать – очень неприятно, когда люди начинают в общих судах личные отношения выяснять.

– На чем Вы специализируетесь?

– Специализируюсь в сфере игорного бизнеса, договорное право, представление интересов в суде, в том числе работников – наверное, это единственные граждане, с которыми я работаю, взыскание задолженностей, арендные правоотношения, поставка. В принципе, по всем вопросам, связанным с хозяйственной деятельностью. Единственное, с внешнеэкономической деятельностью не работаю.

– А самая любимая тематика?

– Наверное, трудовое право. Оно бывает и надоедает, но в нем, на мой взгляд, проще разобраться – я с ним больше работала. Изначально эти вопросы часто встречались, когда в «Агентстве Гревцова» начинала работать. Потом добавлялись обязанности по составлению и экспертизе договоров, с авторским правом приходилось работать. Сейчас с авторским правом мало работаю.

Хотя, справедливости ради, стоит отметить и то, что мне нравится ходить в суд по спорам в сфере игорного бизнеса – со стороны букмекерской компании. Всегда это что-то новое и нужно разбираться в том, в чем я иногда вообще ничего не понимаю, но это интересно.

– Что Вас подтолкнуло в 2012 году перейти в адвокатуру?

Закон «Об адвокатуре». Нельзя сказать, что на тот момент я уже так рвалась в адвокатуру, как это было во время моего поступления в БГУ. До этого я работала как хозяйственник, и не скажу, что было плохо.

Думаю, по большей части юристы-хозяйственники не горели желанием. Когда принимался Закон, не раз приходили в «Агентство Милы Новицкой» и просили подписать письма против  той редакции, в которой он был.

Когда пришлось переходить, долго думала, идти мне туда или нет, потому что, с одной стороны, я вспомнила, что у меня в детстве была мечта иметь свою адвокатскую контору. С другой стороны, то ли это так характер у меня изменился, то ли это я изначально была таким человеком, но я понимала, что я не совсем адвокат, не совсем публичный человек. Мне больше нравится с документами работать, консультировать людей, но не выступать перед кем-то публично. Для меня адвокат – публичный человек, который ходит постоянно в суд, милицию, СИЗо и т.д.

Хотя я и боюсь публичности, но читаю же семинары в одной из частных фирм по теме «Как создать бизнес», «Как заключать договора», в редакции журнала «Юрист» читаю семинары по кадровому аудиту… Да и если говорить о представлении интересов в судах, то мне тоже это нравится. Суд для меня – всегда что-то новое, так как дела всегда разные. К слову сказать, в моей судебной практике было проиграно только одно дело, но там мы изначально знали, что проиграем, к сожалению. Хотя публичное выступление для меня – это всегда небольшой стресс.

Когда перешла в адвокатуру, почувствовала сильный удар по карману. Изначально мы должны были платить 15 % подоходного налога вместо 5% по упрощенке, от ФСЗН никак не уйдешь. Плюс те же взносы в коллегию адвокатов…

– Какие, на Ваш взгляд, качества Вам как адвокату не хватает?

– Мне иногда не хватает уверенности. Понимаешь, что ты это знаешь, но начинают одолевать сомнения, из-за чего я начинаю перепроверять, копаться. Хотя это, наверное, и хорошо, ведь не зря говорят, что надо семь раз отмерить. Еще не хватает напористости. Если посмотреть на адвокатов, которые еще и в суде участвуют, то видно, что надо быть тверже, увереннее.

– Как боретесь с этим? Что предпринимаете?

– Понимаю головой, что это нужно делать и пытаюсь бороть свои страхи.

Елена Гритченок– Прочитала, что Вы писали книги…

– Книгами это, наверное, сложно назвать. В моем понимании книга – это издание в твердой обложке с большим количеством страниц. А там, скорее, были брошюры – чуть больше ста страниц. Хотя была одна книга, ее издавало «Агентство Гревцова» – «Совместная деятельность. Практические рекомендации». Мы писали ее всем офисом, когда я работала в «Агентстве Милы Новицкой»– каждый взял какую-то главу.

Потом еще была серия брошюр того же агентства. Первая – «Права ребенка». Мне, честно говоря, сначала было сложно. Надо было писать для мам и пап, которые возьмут эту книгу почитать. Ведь до этого я писала юридические статьи, юридическим языком, для юристов. Сложно было перестраиваться. Думала, у меня ничего не получится. Потом понравилось – писала книги и о том, как уживаться с соседями, про заочников.

Была книга «Как зарегистрировать бизнес». Она вышла один раз, а потом еще переиздавалась. Но это было проще, потому что это часть работы. Хотя я сама регистрацией как таковой не занималась. Когда писала эту книгу, пришлось кое-что изучить, потому что теорию знала, а по практике приходилось у своих коллег консультироваться.

– У Вас среди друзей больше коллег или неюристов?

– У меня больше юристов среди друзей.

– На какие темы общаетесь?

– На неюридические темы (смеется). Хотя бывает, когда собираемся, и юридическая тематика всплывает. Ведь всегда есть необходимость посоветоваться с коллегами в том или ином вопросе. Но мы стараемся делать это в рабочем порядке, в рабочее время. А когда встречаемся вне работы, то не хочется о ней говорить, поэтому в большинстве случаев, как и все, говорим про взаимоотношения с родителями, с детьми, с мужчинами.

– У Вас есть любимый юридический анекдот?

– Знаете, в нашей компании в последнее время как-то анекдоты не рассказываются. У нас и так много историй из жизни, над которыми мы можем посмеяться.

– У Вас есть учитель или человек, на которого Вы равняетесь в жизни?

– Учитель, наверное, для меня – это Мила, если говорить о юриспруденции. Когда я пришла в «Агентство Гревцова», ничего не знала, она меня всему там обучала, потом я работала в ее агентстве. Конечно, я очень многому от нее научилась.

Если говорить об учителе в сфере ведения бизнеса – это Лариса Шаркота. Это человек, который поднимал свою фирму с нуля, все сама. Сейчас у нее стабильная компания, которая дает работу многим людям и не только в Минске. Для меня она в этом плане некий ориентир. И у нее есть чему поучиться.

– У Вас большую часть времени занимает работа или личная жизнь?

– Конечно, работа занимает большую часть времени. Хотя последнее время я стараюсь немножечко по-другому смотреть на это все. У меня есть дочка, которой нужно тоже очень много заниматься. Притом я одна ее воспитываю, помогать мне тут некому. Понимаю, что и уроки с ней надо сделать, и на кружки ее завести. Когда она была поменьше, было меньше таких хлопот – завел себе в садик и все.

Бывает, что и до двух и до трех часов ночи могу работать, но теперь стараюсь это делать очень редко, если уж совсем надо. А вообще пытаюсь так распределить время, чтобы этого не приходилось делать. Но знаете, как бывает: позвонит тебе клиент: «Мне тут завтра до обеда очень надо». Приходится идти в таких случаях навстречу. Но стараешься это делать как можно реже. Все-таки и годы уже не те, когда можно было полночи не спать, сидеть, что-то делать (смеется). Надо и высыпаться, и семье время уделять, потому что дочка потом будет вспоминать детство и говорить, что ее мама постоянно в работе была. Хотя… она и сейчас так иногда говорит.

– Но и гордится, наверное?..

– Наверное… она пока не до конца  понимает. А вот родители мои очень гордятся. Когда выходит очередная статья в журнале, мама обязательно несет знакомым показать.

– А для Вас важно, чтобы Вами гордились родные и одобряли все, что Вы делаете, или Вам все равно на чужое мнение?

– Конечно, приятно, когда родители мной гордятся и дочка моя с гордостью говорит, что у нее мама адвокат. И хоть про себя не могу сказать, что я прям такой человек амбициозный, что я должна быть при любом раскладе первой и самой лучшей, но внутри все равно есть чувство, что я тоже должна чего-то добиться в этой жизни, чтобы потом сказали: «А, вот это Гритченок!»

– Скоро лето. Как будете отдыхать?

– Летом раз в год мы стараемся на море выехать с дочкой. Потому что Маша у меня болеет частенько. Да и так в течение года на недельку или на пару дней куда-нибудь ездим, но это же не море. А хочется прогреться на солнышке, на пляже полежать. Хотя тоже не всегда полноценный отдых получается, потому что бывает кто-нибудь да позвонит. Всегда на связи. Когда работала у Милы, там было все-таки кому заменить, и можно было предупредить клиентов, что я в отпуске, обращайтесь к тому-то. Сейчас тоже предупреждаю, что я в отпуске, но теперь уже не скажешь, чтобы обращались к кому-то.

– Какой продолжительности можете позволить себе отпуск?

– Недели на две точно. Бывает, что и в пятницу могу не прийти в офис и остаться дома. Но уже заметила: дома не сделаешь того, что сделаешь в офисе. Все равно на какие-то мелочи отвлекаешься. А если дома, то ночью: ребенка спать положила, села, никто не мешает, ничего не отвлекает.

– Не всегда же удается среди года выбраться на две недели куда-то. Как удается расслабляться?

– Хорошо помогает шоппинг. Мы с дочкой шоппоголики в какой-то мере, особенно она. Даже покупка какой-нибудь приятной мелочи мне доставляет удовольствие. Вот мы на майские праздники выезжали развеяться. А если у меня никуда не получается выехать, то мне достаточно поехать просто к родителям. Они живут у меня под Мозырем. Для меня даже выходные провести у мамы – это тоже отдых. Потому что ты отключаешься от всего. Здесь, в Минске, ты с работы прилетела, ребенка со школы забрала, на кружок полетела, потом опять домой прискакала, ужин, уроки и т.д. А там ты приехала, мама тебе ужин приготовила… и уже два-три дня, и ты чувствуешь подъем сил и желание дальше работать.

– Прекрасно выглядите. Для каждой женщины это один из важных факторов…

– Мне нравится, когда люди выглядят хорошо, когда они опрятно одеты. Это не обязательно какие-то дорогие вещи. Это может быть и обычная вещь. Но она должна быть чистая, поглаженная. Плюс от человека должно хорошо пахнуть. В этом случае с ним приятно общаться. Если ты будешь неприятен кому-то, то с тобой не захотят общаться даже клиенты, не говоря уже об окружающих людях.

– Какие планы по развитию: создавать адвокатское бюро, объединиться с кем-то?

– Я поддерживаю отношения со своей коллегой Натальей Казаполянской – она до меня работала у Милы Новицкой директором. Мы вместе приняли решение в адвокатуру перейти. Думали с ней про бюро, но на сегодня нам это не выгодно с точки зрения финансов. У нас, когда с 1 января разрешили применить упрощенку, так вообще можно жить.

– А вообще, какие планы по дальнейшему развитию непосредственно у Вас?

– Честно говоря, я начинаю задумываться, хочу ли я дальше продолжать работать только в юриспруденции.

– Почему?

– Возможно, потому что я на насиженном месте, у меня есть пара клиентов. А чтобы дальше развиваться, нет пинка. Не скажу, что мне не нравится моя работа. Я свою работу очень люблю: мне нравится в бумажках копаться, какие-то договоры придумывать, помогать людям решать их проблемы. Но все равно где-то все-таки финансовая сторона вопроса преобладает. Чтобы большие деньги у нас в юриспруденции зарабатывать, нужно действительно, наверное, с кем-то объединяться, нарабатывать большую базу клиентов. А сидеть с парой-тройкой клиентов – так много денег не заработаешь. Поэтому либо так, либо уходить в какой-то другой бизнес. А может, просто стать учредителем чего-то, оставаясь в адвокатуре…

– Рассматриваете уже какой-то другой бизнес?

– Есть мысли, но пока не буду говорить.

– Если Вы задумываетесь уйти из юриспруденции, то как себя мотивируете работать? Ведь на следующий день все равно просыпаетесь и идете? Как поднимаете свой боевой дух?

– Понимаю, что работать-то надо, пока я не решила ничего окончательно. Денег же мне никто с неба не даст. Да и я люблю свою работу, не могу сказать, что мне надоело, не хочу. Конечно, такое тоже бывает. Смотришь, когда июнь придет: на улице уже тепло, и тебе уже куда-нибудь хочется, усталость за год накапливается. В таких случаях кажется, что забросил бы эту работу и никуда не пошел. А потом понимаешь, что ты не один, что на тебе ответственность за ребенка, от меня зависят мои клиенты, перед которыми у меня определенные обязательства.

В общем, чувство ответственности каждый день мне помогает подниматься с кровати и идти на работу (улыбается).

– Сейчас активно развивается такое направление, как медиация. Не думали стать медиатором?

– Не думала. Еще до того, как приняли законодательный акт, хозяйственные суды отправляли в медиацию. У меня как раз был процесс по аренде: мы с арендодателями судились. Медиатор в том случае сделал все возможное. Но, в итоге медиатору не удалось нас помирить.

Медиация – это, думаю, хорошо. Потому что на каком-то этапе и стороны могут не так много в финансовом плане потерять, чем если они пойдут в суд. Но все равно не всем удается прийти к соглашению с помощью медиатора, как и не всем удается прийти к мировому соглашению в суде. Мне кажется, если человек не настроен, ему никакой медиатор не поможет.

Мне самой работа медиатора не подходит. У меня помирить получается только близких людей, потому что я их больше знаю. Не думаю, что у меня получится с посторонними.

 

Беседовала Анастасия КУЗЬМИНА, «Юркаталог»

3351