Заказать консультацию



Спасибо, мы скоро с вами свяжемся.

По рекламе и размещению в Юркаталоге звоните:

+375 44 77-361-33

Заключил авторский договор — потерял право на вознаграждение?

Вопрос, вынесенный в заголовок не случаен. Автор задался им после анализа судебного решения, суть которого можно озвучить так: в случае невыплаты автору гонорара за опубликование статьи при наличии авторского договора суд не считает нарушенным право автора на вознаграждение и отказывает в иске о взыскании компенсации за нарушение этого имущественного права автора.

У каждого человека есть права. Это непреложная истина. У кого-то их больше, у кого-то – меньше. Но они есть. А поскольку они есть, то всегда найдется кто-нибудь, кто будет их нарушать.

Защитить нарушенные права можно старинным опробованным методом – дать нарушителю в нос, а можно поступить более гуманно – подать иск в суд. Однако не факт, что суд вдруг не придет к выводу, что прав-то и не было – соответственно, защищать нечего – и в иске откажет.

Ниже мы будем анализировать судебное решение, вынесенное в середине июля 2006 года по иску автора, которому не выплатили гонорар за публикацию его статьи в журнале, к издателю этого журнала.

После ознакомления с этим решением первым напрашивается такой вывод: заключая авторский договор, автор теряет право на авторское вознаграждение.

Подобное резюме обосновывается тем, что невыплату авторского вознаграждения за опубликование статьи суд рассмотрел как неисполнение денежного обязательства (что влечет применение общих правила об ответственности за нарушение обязательств (глава 25 Гражданского кодекса Республики Беларусь)), а не как нарушение авторского права на авторское вознаграждение (что влечет возможность применения специальных правил об ответственности, установленных статьей 40 Закона Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах», в частности, компенсации в размере от 10 до 50 000 базовых величин).

Но не будем опережать события, рассмотрим все по прядку.

Истца по делу мы абстрактно назовем Иванов Иван Иванович.

Ответчиком по делу выступило УП «С», учредитель и издатель журнала «П».

И хотя рассматриваемое нами судебное дело само по себе является банальным (автору не заплатили авторское вознаграждение за публикацию его статьи), но вместе с тем, это дело является крайне интересным с точки зрения озвученных сторонами аргументов и выводов, к которым в итоге судебного разбирательства пришел суд.

Итак, приступим.

Предыстория конфликта

Писать статьи Иван Иванович начал в 1999 г. Сначала это были небольшие новости для информационного агентства, потом – статьи для газет. До 2002 года Иван опубликовал несколько сотен статей, неоднократно сталкиваясь с нарушением своих авторских прав (то конкуренты «сдерут» статью, то какой-нибудь российский Интернет-портал у себя разместит).

Глядя на такой разгул интеллектуального пиратства применительно к отдельно взятому автору, Иванов (который, кстати сказать, в то время учился на юриста) в качестве темы для своего научного исследования решил избрать тему, связанную с авторским правом. Эту тему он три года разрабатывал в университете, а потом планировал продолжить ее разработку и в аспирантуре. Однако обстоятельства изменились – университет, в аспирантуре которого обучался Иванов, ликвидировали – и Иван даже не успел начать разработку своего диссертационного исследования.

С 2002 года Иван стал писать статьи сугубо юридические. И на сегодняшний день таких статей Иванова опубликовано уже около сотни, причем в ведущих специализированных изданиях Республики Беларусь.

С журналом «П» Иванов начал сотрудничать зимой-весной 2003 года. В начале сотрудничества по телефону зам. главного редактора журнала К. сообщила Иванову общие условия опубликования материалов в журнале (порядок взаимодействия с авторами, размер и периодичность выплаты гонорара, формы предоставления материалов в редакцию и т.д.). Озвученные условия Иванова в принципе устроили. Он направил в редакцию по электронной почте несколько материалов на тему авторского права. Их опубликовали весной 2003 года и попросили написать по авторскому праву еще.

В июле 2003 года Иванов закончил серию статей, написанную на основе его трехлетних исследований и опыта практической работы, и направил эти статьи в редакцию по электронной почте.

Однако по каким-то причинам, которые так и не были тогда высказаны, редакция «П» отказалась публиковать эту серию статей. Иванов отправил статьи в другое юридическое издание, которое тут же с радостью их и опубликовало.

В журнале «П» летом 2003 года были опубликованы другие статьи Ивана. И все они публиковались на тех условиях, которые озвучила зам. главного редактора в начале сотрудничества. Работа шла по обкатанной схеме. Иван отправлял статью в редакцию по электронной почте. Научный редактор при необходимости вносил в нее правки и согласовывал их с Иваном. Затем статья публиковалась и через определенное время Ивану выплачивали гонорар по оговоренной ставке. Дополнительно условия публикации каждой конкретной статьи никто из сотрудников редакции с Иваном не оговаривал. Письменные авторские договоры с Иваном не заключались.

Затем, с осени 2003 до марта 2004 года сотрудничество Ивана с журналом «П» приостановилось. А в начале марта 2004 года Ивана пригласили стать одним из научных редакторов этого журнала и выказали большую заинтересованность в продолжении сотрудничества с Иваном как с автором (в журнале в тот момент наблюдался недостаток публикаций практикующих юристов, а Иван работал юристом в известной юридической фирме и по совместительству — юрисконсультом в одном из РУП).

Стать научным редактором «П» Иван согласился и с ним был заключен договор подряда. При этом Иван напомнил про отказ опубликовать серию статей по авторскому праву. На что зам. главного редактора К. ответила, что решение об отказе принимала не она и что теперь она готова опубликовать эти статьи, чтобы закрепить тем самым начало нового этапа сотрудничества с Иваном.

Какие-либо специальные условия публикации этих статей опять же не оговаривались. Как понял Иван, эти статьи будут опубликованы на тех же условиях, на которых его статьи в журнале «П» публиковались и ранее.

В середине апреля 2004 г. Иван передал в редакцию на дискете первую статью из указанной серии. В этой статье анализировалось состояние сферы интеллектуальной собственности в Республике Беларусь (деятельность судов, правоохранительных органов, организации по коллективному управлению правами авторов). Анализ базировался именно на практических аспектах и на собственном опыте автора. Теории в статье не было (обратите на это внимание!!! это очень важный аспект для правильного понимания дальнейшего развития событий). Статья была подписана так: «И.И. Иванов, юрист фирмы «А»». В конце апреля она была опубликована.

В апреле-июне 2004 года Иван передавал в редакцию последующие статьи этой серии. Все они (в количестве восьми штук) были опубликованы в журнале «П». Авторские договоры на использование этих статей в письменной форме с Иваном не заключали.

Во второй половине июня 2004 года в бухгалтерии УП «С» наконец-то стали выплачивать деньги за апрель-май 2004 года. Иван пришел в бухгалтерию, но ему выплатили только вознаграждение по договору подряда. Он задал вопрос относительно гонорара за статьи по авторскому праву. Однако после просмотра гонорарных ведомостей бухгалтер ответила, что его фамилии в них нет, поэтому все вопросы необходимо задавать зам. главного редактора К.

Иван тут же поехал в редакцию и задал К. вопрос, почему ему не начислен гонорар за статьи по авторскому праву. На это она ответила, что аспирантам за их статьи гонорары не выплачиваются. Хлопнула дверью и больше не стала говорить на эту тему.

Подобное отношение, а также ничем не обоснованный отказ в выплате авторского вознаграждения и стали основанием для решения подать иск о взыскании компенсации за нарушение авторского права. Это решение Иван принял тогда же – в июне 2004 года. Однако до апреля 2006 года он продолжал сотрудничать с УП «С» по договору подряда, поэтому считал нецелесообразным подавать иск до прекращения этого сотрудничества.

В апреле 2006 года, после прекращения сотрудничества с УП «С», Иван направил ему претензию, в которой предложил выплатить компенсацию за нарушение авторских прав в минимальном размере, который предусмотрен законодательством.

Поскольку УП «С» не пожелало выплачивать компенсацию добровольно, 18 мая 2006 года Иван подал иск.

Позиция истца

Истец, выстраивая свою позицию по делу, исходил из того, что автору произведения принадлежит два имущественных авторских права: 1) исключительное право на использование произведения в любой форме и любым способом (в частности, способами, предусмотренными в ст. 16 Закона Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах») либо разрешение его использования и 2) право на вознаграждение за использование произведения.

Наличие у автора исключительного права закрепляется в статье 983 Гражданского кодекса Республики Беларусь. Наличие у автора в рассматриваемом случае права на вознаграждение закрепляется в пункте 3 статьи 16 Закона Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах».

Свое исключительное право в отношении той статьи, по которой Иванов подавал иск, он нарушенным не посчитал. А вот невыплату вознаграждение за использование этой статьи в форме воспроизведения (опубликования) Иван счел нарушением своего второго имущественного авторского права – права на вознаграждение.

На основании этого вывода и была разработана позиция, изложенная в исковом заявлении. Она выглядела следующим образом:

17 мая 2006 г.

Судебная коллегия по патентным делам

Верховного суда Республики Беларусь

Истец:

Иванов Иван Иванович,

прож. 220000, г. Минск, ул. Петрова,

д. 1, кв. 4, тел. 8 029 00 00 000

Ответчик:

Унитарное предприятие «С»,

220000 г. Минск, ул. Сидорова, 4,

р/с 0000000000000 в Л-ком отделении

ОАО «Банк», код 000,

УНП 000000000

Цена иска: 620 000 рублей

Гос. пошлина: 62 000 рублей

Исковое заявление

о взыскании компенсации за нарушение авторских прав

В журнале «П», учредителем и издателем которого является УП «С», в номере __ за 2004 год была опубликована моя статья под названием _________.

Без объяснения причин заместитель главного редактора журнала в устной форме отказал мне в выплате гонорара за публикацию этой статьи. И до сих пор гонорар за публикацию этой статьи мне не выплачен.

Между тем, пункт третий статьи 16 Закона Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах» (далее — Закон) предусматривает, что автор имеет право на авторское вознаграждение за каждый вид использования произведения.

Соответственно, не выплачивая мне авторское вознаграждение за публикацию указанной статьи, ответчик нарушает мое право на авторское вознаграждение.

В то же время пункт первый статьи 39 Закона предусматривает, что физическое или юридическое лицо, которое не выполняет требований настоящего Закона, является нарушителем авторского права. Пункт первый статьи 40 Закона предусматривает, что за защитой своего авторского права или смежных прав правообладатели обращаются в установленном порядке в судебные и другие органы в соответствии с их компетенцией. А абзац 7 части 1 пункта 2 статьи 40 Закона предусматривает, что правообладатели вправе требовать от нарушителей их прав выплаты компенсации в сумме от 10 до 50 тысяч базовых величин.

Следует отметить, что невыплата гонорара по указанной выше статье была не единичным фактом нарушения моих прав ответчиком.

Эта статья была лишь первой в серии из восьми статей под общим названием _________. Оставшиеся семь статей были опубликованы в журнале «П» номера ______ за 2004 год (что подтверждается прилагаемой копией страниц 42 и 43 из Перечня опубликованного в 2004 г.). Гонорар по этим статьям мне также не выплачен. Таким образом, налицо неоднократное нарушение моих авторских прав со стороны ответчика.

21 апреля 2006 года я письменно обратился к Генеральному директору УП «С» с просьбой в течение 10-ти дней выплатить мне компенсацию за указанные неоднократные нарушения моих авторских прав. Я предложил ответчику выплатить компенсацию в минимальном размере, предусмотренным Законом, — 10 базовых величин за одну статью, опубликованную без выплаты гонорара. Мое обращение было получено ответчиком 24 апреля, однако на день составления настоящего искового заявления компенсацию ответчик мне не выплатил и никакого ответа по обращению не дал.

Исходя из того, что мои права нарушались ответчиком неоднократно и беспричинно, а также из того, что ответчик оставил без внимания предложение по досудебному урегулированию спора, считаю, что сумма в 20 базовых величин будет справедливым размером компенсации за нарушение моего права на получение авторского вознаграждения за публикацию статьи ______ в журнале «П» номер ___ за 2004 год. Эта сумма гораздо ближе по размеру к минимальному размеру компенсации (10 базовых величин), чем к максимальному (50 000 базовых величин).

Исходя из вышеизложенного и в соответствии со ст. 16, 40 и др. Закона Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах», а также ст. 45 и др. ГПК Республики Беларусь,

П р о ш у

1. Взыскать с унитарного предприятия «С» в пользу Иванова Ивана Ивановича компенсацию за нарушение имущественных авторских прав (публикация статьи _____ в журнале «П» номер ___ за 2004 год без выплаты авторского вознаграждения) в размере 20 базовых величин или 620 000 (шестисот двадцати тысяч) белорусских рублей.

2. Взыскать с унитарного предприятия «С» в пользу Иванова Ивана Ивановича судебные расходы (оплата государственной пошлины).

Приложение: 1. Копия искового заявления.

2. Документ, подтверждающий оплату государственной пошлины.

3. Копия статьи ____, опубликованной в журнале «П» номер __ за 2004 год.

4. Копии страниц 42 и 43 из Перечня опубликованного в 2004 г. в журнале «П».

5. Копия страницы с выходными данными журнала «П».

6. Копия уведомления о вручении почтового отправления.

И.И. Иванов

Далее Иванов развил свою позицию в выступлении, которое он произнес в судебном заседании. В последнее время выступления юристов в судах публикуются редко, поэтому считаем целесообразным привести речь Иванова полностью: с одной стороны, для иллюстрации аргументов истца, с другой стороны – в качестве примера судебного выступления, которое можно противопоставить простому зачитыванию истцом своего искового заявления.

Итак, Иванов сказал суду следующее:

«Высокий суд!

Подать иск, который мы рассматриваем сегодня, я решил два года назад. В тот июньский день, когда зам. главного редактора журнала «П.» М. Г. К-а после публикации в журнале серии моих статей заявила мне, что аспирантам журнал гонорары не выплачивает.

Два года, прошедших с тех пор, я сотрудничал с ответчиком по договору подряда, поэтому считал нецелесообразным подавать иск до прекращения этого сотрудничества.

Теперь договорные отношения между нами прекратились и иск был подан.

Суть данного спора вкратце такова. Я написал серию из 8-ми статей под названием ____. Ответчик опубликовал эти статьи в журнале «П» в апреле-июле 2004 года. Гонорар за опубликование статей этой серии ответчик выплачивать отказался. Тем самым ответчик нарушил мое право на авторское вознаграждение, предоставленное п.3 ст. 16 Закона «Об авторском праве и смежных правах». Поэтому ответчик должен выплатить мне предусмотренную законом компенсацию. Однако сделать это добровольно ответчик также отказался.

Пока я заявил иск только по первой статье из названной серии. И прошу взыскать компенсацию в размере двадцати базовых величин – то есть минимальный размер компенсации, установленный законом, умноженный на два.

Исходя из правил о бремени доказывания, я должен доказать два факта:

1. что моя статья была ответчиком опубликована;

2. что ответчик за ее опубликование авторское вознаграждение мне не выплатил.

Первый факт доказывается копиями страниц 79-81 журнала «П» № ___ за 2004 год. Они приложены мною к исковому заявлению. Второй факт доказывается отсутствием документов, подтверждающих получение мною от ответчика авторского вознаграждения за опубликование этой статьи.

Кроме того, сам ответчик оба этих факта признает!!! Это следует из ответа УП «С» на мою претензию, а также из его возражений на иск.

Казалось бы – все просто: опубликовал, не заплатил, нарушил. Просто и очевидно. Однако эту очевидность ответчик пытается нивелировать. В подтверждение своей позиции он выдвигает доводы, которые не основаны ни на фактических обстоятельствах дела, ни на законе. Поэтому доводы ответчика следует оценивать критически и во внимание не принимать.

Согласитесь, очевидные вещи доказывать тяжело.

Если вдруг представитель ответчика сейчас заявит, что у меня костюм белый, а рубашка синяя (в судебном заседании Иванов был одет наоборот – в синий костюм и белую рубашку – прим. автора), — нелегко будет подобрать аргументы в пользу того, что это не так. Это просто нужно видеть и понимать!

Точно так же нужно видеть и понимать неадекватность тех доводов, которые приводит ответчик в возражениях на иск. В первую очередь, это касается аргумента о том, что я добровольно отказался от права на получение вознаграждения за публикацию указанной серии статей.

Скажите пожалуйста, может ли глава семьи, на шее у которого находится беременная жена и ребенок; который в ожидании появления второго ребенка вкалывает по 14 часов в сутки на четырех работах, а дополнительно к этому еще и пишет статьи, отказаться от гонорара за публикацию восьми серьезных статей???

Согласитесь, не может!

Не может, потому что это полный абсурд! В чем тогда вообще смысл публиковать эти статьи?

Ответчик считает, что смысл – в публикациях, необходимых для аспирантуры. Но при этом ответчик определенные факты умалчивает.

Во-первых, всем известно, что в 2004 году Европейский гуманитарный университет, в аспирантуре которого я занимался, был ликвидирован. Все его студенты и аспиранты были отчислены. По семейным обстоятельствам обучение в аспирантуре продолжать я не планировал (это было решено еще зимой 2004 года). Поэтому необходимости в научных публикациях в марте-апреле 2004 у меня уже не было. Первейшей была необходимость в материальном обеспечении семьи.

Во-вторых, указанная серия статей была опубликована мною не как аспирантом, а как юристом известной и уважаемой юридической фирмы.

Изначально я подписался под первой статьей как аспирант ЕГУ, однако по требованию зам. главного редактора М.Г. К. я изменил подпись на юриста юридической фирмы «А». Это требование она вполне логично объясняла необходимостью повышать рейтинг журнала за счет публикации статей практикующих юристов.

А надо отметить, что на момент публикации рассматриваемой статьи ответчиком (апрель 2004 года) я был уже достаточно известным автором статей юридической тематики. Около сорока моих статей до того времени уже были опубликованы такими изданиями как Национальная экономическая газета, журналы «Налоговый вестник», «Финансовый директор», «Валютное регулирование и ВЭД», «Бюллетень нормативно-правовой информации» и т.д.

И у меня ни разу не возникло проблемы опубликовать написанную мной статью, поскольку ее одновременно готовы были опубликовать несколько изданий. Соответственно, многие мои статьи из-за актуальности и важности поднятых в них вопросов публиковались два, три и более раз.

Соответственно, никакого интереса в бесплатной публикации ответчиком указанной серии статей, у меня не было и быть не могло. Если бы меня действительно заранее предупредили о том, что публикация этих статей не будет оплачена, я бы вообще отказался публиковать их в журнале «П».

Кроме того, в возражениях на иск ответчик указывает, что без выплаты авторского вознаграждения в журнале публикуются статьи, в которых (цитирую) «отсутствуют практические аспекты рассматриваемого вопроса, а содержится в основном теоретический анализ положений законодательства».

Если уважаемый ответчик считает, что в статье, по которой заявлен иск, отсутствуют «практические аспекты», то мне тогда будет очень интересно узнать, что же, по его мнению, является практическим аспектом и какие «положения законодательства» в своей статье я теоретически анализировал…

Кроме того, надо отметить, что правило о публикации теоретических статей без гонорара применяется ответчиком крайне выборочно. Можно привести ряд случаев, когда за теоретические статьи ответчик гонорары платил (причем не обычные, а с повышающими коэффициентами), а за статьи практические – вообще не платил. Так что мой случай – не единичный. И нежелание ответчика урегулировать конфликт на досудебной стадии в этой связи вызывает, мягко говоря, недоумение…

Далее ответчик указывает, что «на основании устной договоренности … было принято решение опубликовать эти статьи в журнале, но без выплаты авторского вознаграждения, что может быть подтверждено свидетельскими показаниями».

С этим ни в коем случае согласиться нельзя.

Во-первых, никакой устной договоренности о невыплате гонорара за публикацию статьи, по которой заявлен иск, не было. Не было вообще никакого обсуждения условий опубликования в «П» этой статьи и других статей из этой серии.

Я сдал в редакцию статью на дискете. Ее вычитали, сверстали и опубликовали. Когда в бухгалтерии стали выплачивать гонорары, я тоже обратился туда. А мне говорят – вашей фамилии нет в гонорарных ведомостях. Почему? Потому что редакция не включила. А почему не включила, зам. главного редактора так мне внятно и не объяснила. На повышенных тонах сказала, что аспирантам журнал денег не платит. После этого хлопнула дверью, показав тем самым, что больше не будет возвращаться к этому вопросу…

Для меня этот отказ в выплате гонорара был полной неожиданностью, так как я считал, что все условия публикации материалов в «П» (в том числе размер гонорара) мне сообщили еще весной 2003 года, когда там впервые были опубликованы мои статьи. Условия не менялись и перед публикацией каждой конкретной статьи ни с кем из авторов (насколько мне известно) отдельно не оговаривались.

Во-вторых, как бы это ни хотелось уважаемому ответчику, но подтверждать свидетельскими показаниями условия публикации статьи, по которой заявлен иск, ответчик не вправе.

Статья 162 ГК четко и однозначно предусматривает, что сделки юридических лиц с гражданами должны совершаться в простой письменной форме.

Поэтому:

- на использование серии моих статей ____ (в том числе и статьи, по которой заявлен иск) ответчик должен был заключить со мной авторский договор в простой письменной форме;

- несоблюдение ответчиком простой письменной формы этой сделки лишает ответчика права ссылаться в подтверждение условий заключенного со мной авторского договора на свидетельские показания (п. 1 ст. 163 ГК).

В смысле ст. 181 ГПК свидетельские показания, подтверждающие условия заключенного между нами авторского договора, в данном случае не являются допустимыми доказательствами. А в силу п. 3 ст. 178 ГПК они не будут иметь юридической силы, как доказательства полученные с нарушением закона.

И в-третьих, п. 3 ст. 393 ГК предусматривает презумпцию возмездности гражданско-правовых договоров, а п. 3 ст. 16 Закона об авторском праве предусматривает, что автор имеет право на авторское вознаграждение за каждый вид использования произведений.

Поэтому, пока ответчик не докажет иного, заключенный им со мною авторский договор должен считаться возмездным и ответчик обязан был выплатить мне авторское вознаграждение за публикацию статьи __________. Не выплатив его, ответчик нарушил мое авторское право на вознаграждение и должен понести предусмотренную законом ответственность.

Исходя из изложенного, прошу заявленный иск удовлетворить в полном объеме и взыскать с ответчика в мою пользу компенсацию в размере двадцати базовых величин за нарушение моего авторского права.

Спасибо за внимание!

Если ко мне есть вопросы – готов на них ответить».

Затем, в дополнительных пояснениях, Иванов привел еще один довод в подкрепление своей позиции – авторский договор по определению не может быть безвозмездным. Такой вывод был сделан, исходя из анализа ст. 26 Закона «Об авторском праве и смежных правах», которая предусматривает, что условие об авторском вознаграждении является существенным условием авторского договора и ставки авторского вознаграждения (имеется в виду – предусмотренные в авторском договоре) не могут быть ниже минимальных ставок, устанавливаемых Советом Министров Республики Беларусь.

Основным вопросом суда к Иванову был вопрос о том, считает ли Иванов, что с ним был надлежащим образом заключен авторский договор. На это Иванов пояснил, что не оспаривает заключение с ним авторского договора, однако считает, что такой договор был заключен с нарушением простой письменной формы, предусмотренной ст. 162 ГК, что влечет для ответчика невозможность ссылаться на свидетельские показания в подтверждение условий этого договора.

Суд уточнил отношение Иванова к ст. 27 Закона «Об авторском праве и смежных правах», которая предусматривает возможность заключение в устной форме авторских договоров на использование произведений в периодической печати. На это Иванов ответил, что, на его взгляд, указанная статья Закона противоречит статье 162 ГК и следовательно применяться не должна как норма акта более низкой юридической силы.

Суд попросил Иванова уточнить, проговаривались ли с ним конкретные условия публикации в журнале «П» статьи, по которой был заявлен иск. Иванов ответил, что не проговаривались, что у него вообще не было никакого разговора с руководством редакции по поводу публикации данной конкретной статьи. Кроме того, Иванов акцентировал внимание суда на том, что ни по одной статье, написанной им или кем-либо из известных ему авторов, руководство редакции журнала «П» конкретные условия публикации не оговаривает.

Интересным является следующий вопрос суда – может ли автор требовать компенсации за нарушение его авторских прав, исходя из анализа ст. 40 Закона «Об авторском праве и смежных правах» и используемых в данной статье терминов. Иванов на это вслух перечитал указанную статью Закона и отметил суду, что действительно, слово «автор» в ее тексте отсутствует. Вместо него там применяется термин «правообладатель». Однако, во-первых, белорусское законодательство этот термин не раскрывает и, по мнению Иванова, автор в данном контексте входит в понятие «правообладатель». А во-вторых, насколько Иванову известна практика рассмотрения споров Коллегией по патентным делам Верховного суда Республики Беларусь, данный судебный орган принимал к рассмотрению иски авторов со ссылкой на статью 40 Закона и выносил решения о взыскании с нарушителей авторских прав компенсации со ссылкой на эту же норму. Из этого Иван сделал вывод, что автор может требовать взыскания с нарушителя его авторских прав компенсации со ссылкой на статью 40 Закона.

На это суд попросил уточнить, а обратил ли Иванов внимание – какие споры, рассмотренные Коллегией, были описаны в тех обзорах, на которые ссылался Иван, — споры, в которых между автором и нарушителем был заключен авторский договор, или споры, связанные с бездоговорным использованием произведений автора. Да, — ответил Иван, он обратил внимание, что в обзорах шла речь о спорах, связанных с бездоговорным использованием произведений. Однако это, на его взгляд, не является определяющим. Право автора на вознаграждение закреплено в Законе и там не сказано, что оно прекращается с момента заключение автором авторского договора. Кроме того, право на вознаграждение по авторскому договору обычно не передается (по договору передаются права на использование произведения, а право на вознаграждение к таковым не относится). Поэтому, по мнению Иванова, не имеет значения, есть авторский договор между автором и нарушителем или его нет; автор обладает правом на авторское вознаграждение и если ему таковое не выплачивается, значит это право автора нарушается – а раз так, то автор имеет право требовать компенсацию за нарушение своего авторского права на авторское вознаграждение на основании статьи 40 Закона «Об авторском праве и смежных правах».

Суд попросил уточнить, был ли Иванов знаком с Положением об авторском вознаграждении за опубликование материалов в журнале «П», которое действовало в УП «С». На это Иванов ответил, что данный документ он впервые увидел, знакомясь в суде с материалами, приложенными к Возражениям на иск. До этого он слышал о существовании этого документа, но никто его с ним не знакомил, тем более – под роспись.

Основным вопросом ответчика к Иванову был следующий – почему Иванов в течение двух лет не обращался ни к кому из должностных лиц УП «С» с просьбой выплатить ему авторское вознаграждение за публикацию статьи, по которой заявлен иск. На это Иванов пояснил, что сразу после того, как в бухгалтерии ему сообщили об отсутствии его фамилии в гонорарных ведомостях, он обратился к зам. главного редактора журнала «П» с просьбой сообщить, почему ему не выплачивается гонорар за публикацию его статей по авторскому праву. На это зам. главного редактора ему ответила, что аспирантам журнал деньги не платит. Кроме того, до подачи иска Иванов обратился к руководству УП «С» с претензией, которую последнее также оставило без удовлетворения.

Для подтверждения фактов, изложенных им, истец заявил ходатайство допросить в судебном заседании трех свидетелей:

1. С.В. Г. Данный свидетель мог подтвердить то, что перед публикацией в журнале «П» отдельной статьи условия ее публикации с автором не оговариваются (в том числе, отсутствие авторского гонорара за публикацию этой статьи).

Статья этого юриста была опубликована в журнале «П» № ___ за 2004 год. Гонорар по ней С.В. Г. не выплачен. Об отсутствии гонорара до публикации статьи С.В. Г. руководство редакции журнала «П» не предупреждало. Узнал он об этом только обратившись за гонораром в бухгалтерию. (данный свидетель попал в ситуацию, аналогичную той, в которой оказался Иван; вся разница была только в том, что Ивану не оплатили 8 статей, а С.В.Г. – только одну)

2. Е.В. К. В 2004 году данный свидетель работала в УП «С» на должности маркетолога. В июне 2004 года Е.В. К. присутствовала при разговоре Ивана с зам. главного редактора журнала «П» по поводу того, почему ему не выплачен гонорар за публикацию серии его статей.

Данный свидетель мог подтвердить факт обращения Ивана к должностным лицам УП «С» по поводу невыплаты ему авторского гонорара за публикацию указанной серии статей и получение им отказа в выплате этого гонорара.

3. В.В. Г. С октября 2004 года и по настоящее время данный свидетель является автором журнала «П» и мог подтвердить порядок опубликования статей в журнале «П» — в частности, то, что перед публикацией отдельной статьи условия ее публикации с автором не оговариваются; что у автора не выясняется, является ли он аспирантом и если является, то какова тема его диссертационного исследования.

Однако суд в удовлетворении ходатайства Иванова о допросе свидетелей отказал. Мотивировкой этого отказа явилось то, что заявленные свидетели ничего не могут пояснить по сути рассматриваемого спора.

Позиция ответчика

Позиция ответчика выразилась в следующих возражениях на иск:

Судебная коллегия по патентным делам

Верховного суда Республики Беларусь

Ответчика:

Производственного частного унитарного

предприятия «С»,

220000 г. Минск, ул. Сидорова, 4,

р/с 0000000000000 в Л-ком отделении

ОАО «Банк», код 000,

УНН 000000000, ОКПО 00000000

Тел. (8-017) 000-00-00

Истец:

Иванов Иван Иванович,

прож. 220000, г. Минск, ул. Петрова,

д. 1, кв. 4, тел. 8 029 00 00 000

 

по делу о взыскании компенсации

за нарушение авторских прав

 

ВОЗРАЖЕНИЯ

на исковое заявление Иванова И.И.

о взыскании компенсации за нарушение авторских прав

В соответствии с пунктом 1 статьи 27 Закона Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах» авторский договор об использовании произведения в периодической печати может быть заключен в устной форме.

Согласно Положению о порядке выплаты авторского вознаграждения за опубликование материалов в журнале «П» если в представленном автором материале отсутствуют практические аспекты рассматриваемого вопроса, а содержится в основном теоретический анализ положений законодательства, то статья может быть опубликована в журнале по просьбе автора и при условии его согласия на опубликование данной статьи без выплаты авторского вознаграждения. Соответствующая просьба и согласие автора могут быть выражены в устной форме (Копия положения прилагается).

В 2004 году в журнале «П» была опубликована серия статей Иванова И.И. под общим названием __________ (№№ _________). Первоначально в публикации данных материалов автору было отказано ввиду отсутствия актуальности в освещении предлагаемой автором темы в журнале, а также теоретической направленности статей и значительности их объема. В этот период Иванов И.И. сотрудничал с УП «С» по договору подряда (копии договоров прилагаются). При этом он являлся аспирантом Европейского гуманитарного университета и занимался разработкой темы _________ (название темы аналогично названию серии статей – прим. авт.) и нуждался в публикациях в изданиях, включенных в список научных изданий Республики Беларусь для опубликования результатов диссертационных исследований. Журнал «П» был на тот момент включен в этот список. Поэтому в интересах Иванова И.И. на основании устной договоренности с ним было принято решение опубликовать эти статьи в журнале, но без выплаты авторского вознаграждения, что может быть подтверждено свидетельскими показаниями. Никаких нарушений авторских прав при этом допущено не было, так как статьи были опубликованы по инициативе и с согласия автора, а от права на получение вознаграждения истец добровольно отказался, так как получал взамен другое благо – необходимую для него публикацию по теме.

Более двух лет автор не высказывал никаких требований или претензий по поводу невыплаты ему авторского гонорара за публикацию в 2004 г. статьи, что подтверждает наличие с ним устной договоренности об опубликовании соответствующих материалов без выплаты авторского вознаграждения. При этом авторский гонорар за публикации по другим темам в журнале «П» был выплачен Иванову И.И. в полном объеме.

Таким образом, нарушений авторских прав истца УП «С» не допускало. В связи с этим требования истца о взыскании компенсации за нарушение авторских прав являются незаконными и необоснованными, и просим отказать в их удовлетворении в полном объеме.

При этом обращаем внимание, что к уполномоченным лицам УП «С» с требованием о выплате авторского гонорара истец так ни разу не обратился и до настоящего времени, что указывает на провокационный характер его действий. К слову, размер авторского гонорара за публикацию статьи истца в журнале «П» №__ за 2004 г., исчисленный в соответствии с Положением об авторском вознаграждении, составил бы 56 130 рублей, исходя из базовой ставки авторского вознаграждения 6 рублей за символ. В связи с этим требуемая истцом компенсация в размере 620 000 рублей явно несоразмерна тому вознаграждению, на которое истец мог бы претендовать с том случае, если бы авторский договор с ним был заключен на возмездной основе.

Приложение:

1. копия Положения о порядке выплаты авторского вознаграждения за опубликование материалов в журнале «П»;

2. копии договоров с Ивановым И.И. на 16-ти листах;

3. справка-расчет;

4. копия отзыва для истца.

С уважением,

Генеральный директор                                                     В.И. Петров

30 мая 2006 г.

В своем выступлении представители ответчика по сути повторили доводы из возражений на иск.

Наиболее интересным вопросом суда к представителям ответчика стал вопрос о том, каким образом согласуются с авторами журнала «П» условия опубликования в журнале их статей. На это представители ответчика пояснили, что условия опубликования каждой статьи каждого автора производится в помещении редакции в устной форме путем беседы автора с заместителем главного редактора. Иванов, услышав подобное, чуть со стула не упал. Однако его опередил один из судей, который не выдержал подобного заявления и в сердцах высказал представителю ответчика, что это откровенная ложь; что он отправлял в редакцию свою статью и с ним никто до ее публикации не связывался, не приглашал его в редакцию и не оговаривал конкретных условий публикации этой статьи.

После такой неожиданности представитель ответчика несколько стушевалась. Стала говорить, что на самом-то деле не со всеми авторами проходят беседы в редакции, со многими условия обсуждаются по телефону. На это судья ответил, что и по телефону никто с ним не говорил…

Представитель ответчика стала оправдываться, что если в статье нет никаких правок и автор занимает значительный пост, то тогда, конечно, сотрудники редакции его не беспокоят и по поводу данной публикации с ним не говорят…

Также суд задал ответчику вопрос, в течение какого срока после публикации в журнале «П» статьи ее автору выплачивается гонорар за ее опубликование. Представители ответчика указали, что такой срок установлен до последнего дня месяца, следующего за тем, в котором была опубликована соответствующая статья. И даже представили суду выписку из соответствующего приказа по УП «С».

На вопросы истца представители ответчика пояснили следующее.

Вопрос: В п. 11 Положения об авторском вознаграждении, который вы цитировали, не предусмотрены процедурные моменты. Поэтому опишите пожалуйста:

?    критерии определения теоретичности или практичности предоставляемого в редакцию материала;

?    закреплены ли эти критерии в каком-либо внутреннем документе УП «С»;

?    кто определяет теоретичность или практичность материала;

?    на каком этапе и как быстро производится это определение;

?    кто принимает решение о публикации теоретического материала;

?    как закрепляется принятое решение об отнесении материала к теоретическим или к практическим и об его последующем опубликовании.

Ответ: Критерии отнесения авторских материалов к теоретическим или практическим ни в каком внутреннем документе УП «С» не закреплены. Они определяются, исходя из толкования терминов «теоретический» и «практический», данных в Большом толковом словаре русского языка.

Теоретическую или практическую направленность материала определяет заместитель главного редактора журнала. Это делается применительно к каждому конкретному материалу на этапе после предоставления этого материала в редакцию. Определение происходит, исходя из внутреннего убеждения зам. главного редактора. Четких сроков этого процесса нет.

Решение о публикации или об отказе в публикации теоретической статьи принимает зам. главного редактора. Отказ закрепляется соответствующей записью в карточке учета авторских материалов. Решение о публикации как таковое никак не закрепляется. О том, что такое решение было принято, можно судить по тому, что статья была включена в сверстанный оригинал-макет журнала, который подписывается в печать главным редактором.

Вопрос: Правильно ли я вас понял, что в статье, по которой заявлен иск, отсутствуют практические аспекты? Если да, то теоретический анализ каких положений законодательства в статье присутствует?

Ответ: Да, в этой статье отсутствуют практические аспекты. Что касается анализа положений законодательства, так он там также особо не представлен.

Вопрос: Так если в статье, как вы говорите, отсутствуют практические аспекты и отсутствует анализ законодательства – из чего же тогда состоит эта статья?

Ответ: М-м-м… Из других теоретических аспектов, кроме анализа законодательства…

Вопрос: Скажите пожалуйста, если авторский материал представляет собой пересказ положений нормативного акта своими словами или простую компиляцию отрывков из текста нормативного акта, является ли эта статья теоретической или практической?

Ответ: Не знаю. Нужно смотреть на конкретную статью…

Вопрос: Тогда скажите пожалуйста, почему за материалы автора Е, которые публикуются из номера в номер и представляют собой именно компиляцию из кусков нормативки, УП «С» платит гонорары с повышающим коэффициентом, а Иванову за его практическую статью гонорар вообще не выплачен?

Ответ: Материалы автора Е. к этому делу не относятся!!!

Вопрос: Вы пояснили, что условия публикации каждой конкретной статьи оговариваются с каждым автором журнала «П» в помещении редакции путем беседы с зам. главного редактора. Чем вы тогда можете объяснить тот факт, что ни со мной, ни с кем из авторов, с которыми я работал как научный редактор никогда условия публикации статей зам. главного редактора не оговаривались?

Ответ: Применительно к вашим авторам этот факт можно объяснить тем, что вы работали с ними не в помещении редакции, поэтому с зам. главного редактора они общаться не могли.

Вопрос: Когда и при каких обстоятельствах Иванов отказался от гонорара за статью, по которой заявлен иск?

Ответ: До публикации этой статьи. Об обстоятельствах мне не известно. О них может рассказать только М.Г. К., которая в то время была зам. главного редактора журнала «П» и присутствовала при отказе Иванова от авторского вознаграждения за эту статью.

Вопрос: Чем вы можете подтвердить отказ Иванова от гонорара за публикацию этой статьи?

Ответ: Свидетельскими показаниями М.Г. К., которая в то время была зам. главного редактора журнала «П».

Вопрос: Какие-либо письменные доказательства этого отказа у вас есть?

Ответ: Нет…

Дальнейшее развитие событий

Единственным доказательством доводов ответчика могли бы послужить факты, которые может быть озвучила бы бывшая зам. главного редактора журнала «П». Поэтому ответчик заявил суду ходатайство о вызове М.Г. К. и допросе ее в качестве свидетеля с тем, чтобы она подтвердила, что истец отказался от авторского вознаграждения. Иванов возражал против удовлетворения этого ходатайства, исходя из того, что условия сделки, простая письменная форма которой несоблюдена, не могут доказываться с помощью свидетельских показаний. Также Иванов указывал на то, что ходатайство о вызове данного свидетеля направлено только на затягивание процесса. Как потом оказалось, так оно и вышло.

Суд удовлетворил ходатайство о вызове М.Г. К. и допросе ее в качестве свидетеля и отложил судебное заседание на утро следующего дня. Секретарь судебного заседания отправила свидетелю соответствующую судебную повестку телеграммой (свидетель телеграмму получила) и сообщила свидетелю по телефону о необходимости явки в суд.

Однако на следующий день свидетель в суд не явилась. Представители ответчика настаивали на ее присутствии и допросе. Истец – возражал. Суд достаточно долго рассматривал вопрос о возможности продолжения судебного заседания в отсутствие свидетеля. В итоге судебное заседание было вновь отложено, а суд вынес определение о том, чтобы свидетель была доставлена в суд с помощью привода утром следующего дня.

Но и на следующий день свидетель не явилась (точнее – ее не доставили приводом). После полутора часов ожидания этого интересного действа (привода, имеется в виду) свидетель вышла на телефонную связь с судом и сообщила, что … она беременна. Следовательно, привод к ней применяться не может. А в суд идти она пока не в состоянии. Необходимые документы она может представить через неделю.

Суд опять задал сторонам вопрос о возможности продолжения судебного разбирательства в отсутствие данного свидетеля. Представители ответчика опять начали настаивать на ее присутствии, истец – возражал. В итоге было принято решение продолжать судебное заседание без свидетеля.

После принятия этого решения судебное заседание длилось всего сорок минут. Но два дня, потраченные на ожидание явления заявленного свидетеля, вернуть уже было нельзя…

В исследовании доказательств ничего особо интересного не было.

Единственный острый момент – это исследование копии статьи, по которой был заявлен иск. Иван попросил представителей ответчика проанализировать статью по абзацам и отнести каждый из абзацев к теории или практике. Целью этого вопроса было показать, что отнесение этой статьи ответчиком к теоретическим в оправдание невыплаты гонорара ни на чем не основано.

Представитель ответчика быстро начала перечислять: «Первый абзац – это теория. Второй абзац – это тоже теория. Этот абзац – тоже теория…». Ивана такой подход не устроил – на основании чего ответчик делает такие выводы? В одном из проанализированных абзацев речь шла о том, что Президент Республики Беларусь провел встречу с кем-то из руководителей ВОИС. Иван задал вопрос: «А Президент Республики Беларусь существует в теории или на практике?» Ответ: «И в теории, и на практике». Еще один из абзацев касался деятельности Коллегии по патентным делам Верховного суда Республики Беларусь. По мнению ответчика, она также оказалась существующей в двух ипостасях: и в теории, и на практике. Ту же участь ответчик отвел и для правоохранительных органов…

В общем, оказалось, что по мнению ответчика, все проанализированные абзацы статьи Иванова являлись сугубо теоретическими. Впрочем, это заявление ответчика никакими аргументами подкреплено не было.

В остальном исследование доказательств прошло стандартно.

Позиции сторон в судебных прениях

Иванов подготовился к судебным прениям основательно – его речь опять же никоим образом не являлась пересказом искового заявления:

«Высокий суд!

Как оказалось, иногда полезно подать на кого-то иск. Сразу узнаешь о себе много нового, интересного, неожиданного. Например, что ты единственный, что ты первый, что ты особенный и т.д.

А единственным в своем роде быть приятно. Пусть даже и единственным автором в истории журнала «П», которому не заплатили авторский гонорар. Правда, здесь ответчик сам себе противоречил и я так и не понял, кто же я есть на самом деле: единственный, кому не заплатили гонорар, или единственный, кто от гонорара отказался…

Ну да ладно. Главное – что единственный!

А еще я оказался первым. Первым автором в истории журнала «П», с которого в журнале начался процесс поголовного согласования условий публикации каждой отдельной статьи. И согласование это шло и идет, как оказалось, в трех направлениях: в стенах редакции, по телефону и по электронной почте.

Правда и здесь выяснились интересные подробности того, что я опять каким-то образом не попал «в струю» и стал особенным. Если со всеми авторами условия публикации согласовывала в редакции заместитель главного редактора, то научный редактор Иванов, как отметила представитель ответчика, со своими авторами условия согласовывал сам и непонятно где (если быть дословным, то «в том помещении, где он работал»). То есть получается, что к руководителю редакции своих авторов для согласования условий публикации Иванов просто не допускал. Этим представитель ответчика обосновала тот факт, что ни с кем из известных мне авторов зам. главного редактора журнала условия публикации каждой из их статей не согласовывала…

Однако оставим вновь узнанные подробности на совести тех, кто их озвучил.

А переходя к прениям, отметим лишь, что ответчик своего бремени доказывания просто не вынес…

Единственная ссылка на НПА (против девяти ссылок, приведенных мною) у ответчика была на п.1 ст. 27 Закона «Об авторском праве и смежных правах», которая говорит о возможности устной формы договора. Свою позицию по этому вопросу я неоднократно излагал, поэтому повторяться не буду.

Другими ссылками на НПА свои аргументы ответчик подкрепить, увы, не смог.

Да и аргументы у ответчика оказались какими-то невнятными, невескими, недоказанными.

Представители ответчика даже не смогли выработать однозначного подхода к основному своему аргументу – развитию событий вокруг определения условий публикации моей статьи.

Из их пояснений и прочих допустимых доказательств, так и не стало понятным, что же, по их мнению, произошло на самом деле: Иван Иванов выказал просьбу опубликовать свою статью без гонорара, Иван Иванов отказался от гонорара, с Иваном Ивановым договорились о публикации без гонорара или Ивана Иванова просто поставили перед фактом, что его статья признана теоретической и будет публиковаться без гонорара…

Кроме того, представители ответчика никоим образом не доказали, какое же благо получил Иван Иванов от бесплатной публикации своей статьи в их журнале.

Во-первых, не был доказан тот факт, что журнал «П» когда-либо (а самое главное — на момент публикации статьи) признавался ВАКом в качестве издания для публикации диссертационных исследований. Во-вторых, не был доказан тот факт, что статья ____ являлась частью диссертационного исследования Ивана Иванова. В-третьих, не был доказан факт того, что Иван Иванов нуждался в публикациях для аспирантуры. В-четвертых, не был доказан тот факт, что бесплатное опубликование статьи, по которой заявлен иск, для Ивана Иванова явилось действительно благом.

Я уже умолчу про то, что представители ответчика не смогли даже внятно объяснить, почему же они считают статью Иванова теоретической и не имеющей «практических аспектов» и почему за публикацию еще более теоретических статей других авторов гонорары ответчик все же выплачивает. Даже в нарушение своего локального Положения, п. 11 которого представители ответчика так усиленно цитировали все эти дни…

Но еще более непонятен вопрос, как же могут авторы журнала «П», все как один, по мнению ответчика, знакомые с Положением о порядке выплаты авторского вознаграждения, не отказываться от гонораров, видя всю теоретичность написанных ими статей.

Да Иванову надо было премию дать за то, что он один такой сознательный оказался, что отказался даже от гонорара за такую статью, которая не является теоретической…

Но самое главное, что следует учесть Высокому суду, это то, что представители ответчика никоим образом не опровергли презумпцию возмездности гражданско-правовых договоров, предусмотренную п. 3 ст. 393 ГК, которая подкрепляется наличием у автора права на авторское вознаграждение (п. 3 ст. 16 Закона об авторском праве) и предписаниями ст. 26 Закона об авторском праве о том, что вознаграждение по авторскому договору не может быть меньше закрепленных законодательством минимальных ставок.

В общем, позиция ответчика представляет собой одну сплошную недоказанность. Свои доводы не доказали, доводы истца – не опровергли… Только и знали, что повторять: «Отказался, попросил, договорились…»

В то же время, факты, входящие в мой предмет доказывания, были доказаны полностью:

1. Мою статью _______ ответчик опубликовал.

2. Гонорар за ее опубликование мне ответчик не выплатил.

3. Мое право на авторское вознаграждение ответчик нарушил (причем независимо от наличия либо отсутствия между нами авторского договора).

4. Компенсацию, предусмотренную Законом об авторском праве, ответчик выплатить должен.

Поэтому я прошу Высокий суд заявленный иск удовлетворить в полном объеме.

А ответчику дай Бог побольше таких бескорыстных авторов, которые в силу известных только им одним идеалов от гонораров отказываются.

Тогда, быть может, и мне будет не так одиноко чувствовать себя единственным автором журнала «П», которому гонорар так и не заплатили… Хотя опыт несостоявшегося свидетеля С. Г. показывает, что я уже не один.

А сколько нас на самом деле, покажет время…»

Позиция ответчика была более прозаической – первый его представитель опять же пересказал все доводы возражений на иск: что авторский договор на публикацию статьи в периодической печати может быть заключен в устной форме, что теоретические статьи ответчик публикует без выплаты гонорара, что истец от гонорара сам отказался, что два года к должностным лицам УП «С» истец не обращался и т.д.

Правда, второй представитель ответчика внесла некоторую интригу, отойдя от уже неоднократно повторенных ею и ее коллегой аргументов.

Сначала она указала, что заключая договор подряда с Ивановым, УП «С» исходило из основных начал гражданского законодательства и руководствовалось такими общими принципами, как принцип свободы договора и принцип добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений. Во-первых, Иванова никто не заставлял публиковать свои статьи в журнале «П». Этот журнал, судя по всему, Иванова очень интересовал – поэтому он там и опубликовался. Но при этом он мог точно также опубликоваться и в ином издании. Во-вторых, они считали Иванова добросовестным и разумным, а он оказался не таким! Как впоследствии оказалось, он замыслил подать иск уже тогда, когда отдавал в редакцию свою первую статью из серии по авторскому праву… (На это Иванов затем в своей реплике указал, что представитель ответчика его слова как обычно истолковала превратно– подать иск он решил не тогда, когда передавал статью для публикации, а несколькими месяцами позже, когда ему отказали в выплате гонорара за публикацию этой статьи).

Еще одним неожиданным аргументом со стороны представителей ответчика стало заявление о том, что им и не надо было опровергать презумпцию возмездности гражданско-правовых договоров. Представитель ответчика процитировала п. 1 ст. 393 ГК, который предусматривает, что договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным. По словам представителя ответчика, УП «С» предоставило Иванову встречное предоставление – этим встречным предоставлением явилось «благо» (необходимая публикация для аспирантуры).

Это «ноу-хау» Иванов оставил без ответа, не будем его анализировать и мы.

Воспользовавшись своим правом на реплику, Иванов указал суду на следующее:

«Если пренебречь правилом статьи 162 ГК о том, что все сделки между юридическими и физическими лицами должны заключаться в простой письменной форме, и исходить из того, что авторский договор на опубликование материала в периодической печати может быть заключен в устной форме – как это неоднократно заявлял ответчик со ссылкой на пункт 1 статьи 27 Закона «Об авторском праве и смежных правах», то можно придти вот к чему. Редакция любого печатного СМИ сможет любую статью любого автора публиковать без выплаты гонорара. А потом – в случае подачи иска – в суд будут приходить представители редакции и заявлять, что автор сам от гонорара отказался. И что это будет??? На мой взгляд, это будет правовой беспредел…»

Ответчик своим правом на реплику не воспользовался. И суд удалился в совещательную комнату для вынесения решения.

Позиция суда

Позиция суда была обличена в следующее решение:

Дело № 00-00/00-2006

РЕШЕНИЕ

Именем Республики Беларусь

«  » июля 2006 года судебная коллегия по патентным делам Верховного Суда Республики Беларусь в составе

председательствующего судьи ___,

судей ___ и ___,

с участием секретарей судебного заседания ___ и ____, истца Иванова И.И., представителей ответчика – производственного частного унитарного предприятия «С» — Сидоровой Л.В. и Петровой Э.К., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Республики Беларусь гражданское дело по иску Иванова Ивана Ивановича к производственному частному унитарному предприятию «С» о взыскании компенсации в связи с нарушением авторского права,

установила:

В заявлении суду истец Иванов И.И. указал, что ответчик – производственное частное унитарное предприятие «С» (далее — УП «С») —, являясь учредителем и издателем журнала «П», в номере ___ за 2004 г. указанного журнала опубликовал статью под названием ___, не выплатив ему, истцу, как автору произведения авторское вознаграждение, чем, по мнению истца, нарушил его право на получение авторского вознаграждения.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просил взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию в связи с нарушением авторского права в размере 620 000 рублей и возместить ему судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 62 000 рублей.

В судебном заседании истец Иванов И.И. в полном объеме поддержал исковое требование, пояснив, что вышеназванная статья была опубликована в журнале «П» на основании авторского договора, заключенного между ним и ответчиком в устной форме. При этом между ними было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, в том числе и о порядке определения размера вознаграждения и сроках его выплаты[1]. Однако ответчик впоследствии отказался выплатить ему авторское вознаграждение, ссылаясь на то, что издательство не выплачивает вознаграждений авторам-аспирантам, кем он, истец, по мнению ответчика, на тот период времени являлся.

Представители ответчика Сидорова Л.В. и Петрова Э.К. иск не признали, указав, что согласно действующему в издательстве Положению об авторском вознаграждении за опубликование материалов в журнале «П» и устной договорённости с истцом данный материал был опубликован в журнале на безвозмездной основе. По их, представителей ответчика, мнению, истец Иванов И.И. как аспирант высшего учебного заведения нуждался в публикациях в научных изданиях Республики Беларусь, к числу которых относится и журнал «П». Однако предложенный им, истцом, к изданию материал по своей тематике и содержанию не был актуальным. Поэтому, учитывая указанные обстоятельства, а также то, что Иванов И.И. по договору подряда являлся сотрудником УП «С», с согласия истца было принято решение об опубликовании данного материала без выплаты авторского вознаграждения, просили истцу в иске отказать.

Заслушав пояснения юридически заинтересованных в исходе дела лиц, проверив и исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст. 160 ГК Республики Беларусь сделка, для которой законодательными актами не установлена письменная (простая или нотариальная) форма, может быть совершена устно[2].

Согласно ст. 288 ГК Республики Беларусь в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда, неосновательного обогащения и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе и других актах законодательства[3].

В силу ст. 290 ГК Республики Беларусь обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями законодательства, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п.2 ст.989 ГК Республики Беларусь при нарушении договоров об использовании результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации применяются общие правила об ответственности за нарушение обязательств (глава 25).

Согласно ч.1 п. 1, п. 2 ст. 26 Закона Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах» авторский договор должен предусматривать способы использования произведения (конкретные права, передаваемые по данному договору); срок, на который передается право, и территорию, на которую распространяется действие этого права на указанный срок; размер вознаграждения и (или) порядок определения размера вознаграждения за каждый способ использования произведения, порядок и сроки его выплаты, а также другие условия, которые стороны сочтут необходимыми.

Размер и порядок начисления авторского вознаграждения за использование произведений литературы, науки и искусства устанавливаются в авторских договорах и (или) в договорах на право использования произведений, которые пользователи обязаны заключить с иными правообладателями либо с организациями, управляющими имущественными правами авторов.

В силу п.1 ст.27 вышеназванного Закона авторский договор должен быть заключен в письменной форме. Авторский договор об использовании произведения в периодической печати может быть заключен в устной форме.

Судом в ходе судебного разбирательства установлено, что УП «С», являясь соучредителем и издателем научно-практического журнала «П», на страницах 79-81 в номере ___ за 2004 г. указанного журнала опубликовало статью под названием ___, автором которой является Иванов И.И. не выплатив последнему авторского вознаграждения.

Данные обстоятельства не оспаривались представителями ответчика и подтверждаются копией Устава УП «С» (лл.д.37-50), а также обозревавшимися в судебном заседании экземпляром журнала «П» № ___ за 2004 г. (лл.д.7-10), сводной ведомостью начисления авторских гонораров по журналу «П» № ___, в которой Иванов И.И. как получатель вознаграждения не значится.

Как установлено судом и следует из объяснений истца Иванова И.И. и представителей ответчика Сидровой Л.В. и Петровой Э.К., указанный материал был опубликован УП «С» с согласия истца на основании авторского договора, заключенного между истцом и ответчиком в устной форме. Правомерность использования произведения истца стороны не оспаривали.

Из материалов дела усматривается, что Иванов И.И. с 22 марта 2004 г. по договорам подряда сотрудничал с УП «С» (лл.д.20-35), ранее публиковался в данном журнале и знал порядок определения размера вознаграждения и сроки его выплаты, что в совокупности с вышеизложенным свидетельствует о достигнутой между сторонами договорённости по всем существенным условиям договора об использовании произведений истца[4].

Доводы представителей ответчика о том, что Иванов И.И. в данном случае отказался от получения вознаграждения, суд признаёт несостоятельными, поскольку они ничем не подтверждены. Не доверять пояснениям истца в этой части у суда нет оснований[5].

Таким образом, суд пришёл к выводу, что ответчик УП «С», не выплатив истцу Иванову И.И. авторского вознаграждения за опубликование в журнале «П» № ___ за 2004 г. статьи ___, не выполнил принятые на себя по договору обязательства[6].

Учитывая, что публикация статьи осуществлена правомерно, с разрешения истца и спор связан с неисполнением денежного обязательства по авторскому договору[7], суд считает, что согласно п.2 ст.989 ГК Республики Беларусь к данным правоотношениям применяются общие правила об ответственности за нарушение обязательств (глава 25 ГК Республики Беларусь). В силу этого мера ответственности в виде взыскания компенсации, предусмотренная ст.40 Закона Республики Беларусь «Об авторском праве и смежных правах», не может быть применена к ответчику УП «С».

В соответствии с ч.1 ст.298 ГПК Республики Беларусь суд не вправе по своей инициативе без согласия истца изменить предмет и основания иска, кроме случаев, предусмотренных настоящим Кодексом и другими актами законодательства.

Поскольку истец отказался[8] от рассмотрения его требования как меры ответственности, установленной главой 25 ГК Республики Беларусь[9], суд считает необходимым в иске Иванову И.И. о взыскании с УП «С» компенсации отказать.

В связи с отказом в удовлетворении требования по основному иску, согласно ст. 137 ГПК Республики Беларусь Иванову И.И. также необходимо отказать в удовлетворении требования о взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.302-306 ГПК Республики Беларусь, судебная коллегия

РЕШИЛА:

Иванову Ивану Ивановичу в иске к производственному частному унитарному предприятию «С» о взыскании компенсации в связи с нарушением авторского права и взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины отказать.

Решение вступает в законную силу немедленно после его провозглашения, обжалованию и опротестованию в кассационном порядке не подлежит.

Размышления над решением или Куда же пропало право на вознаграждение?

Несмотря на то, что в иске Иванову отказали, он не посчитал себя проигравшим на 100 процентов. Ведь если проанализировать судебное решение, то можно заметить, что суд все-таки пришел к выводу, что УП «С» должно было уплатить Иванову авторское вознаграждение. Пусть прямо это и не прописано, однако из смысла решения это следует.

По ремаркам, оставленным по ходу прочтения судебного решения, определенные выводы сделать можно. Думаю, каждый читатель справится с этим самостоятельно. Поэтому я основной упор сделаю на анализе причины отказа в иске.

Формальной причиной отказа в иске послужил «отказ (Иванова – имеется в виду – прим. авт.) от рассмотрения его требования как меры ответственности, установленной главой 25 ГК Республики Беларусь». Не будем возвращаться к вопросу, а имел ли вообще место этот отказ, — лучше зададимся вопросом, а почему Иванов должен был изменять основание своего иска: с первоначального — нарушение авторского права на авторское вознаграждение – на новое – нарушение авторского договора (как денежного обязательства)?

На наш взгляд, Иванов не должен был изменять основание иска и суд абсолютно необоснованно отказал Иванову в его иске. Наши аргументы в обоснование этого таковы.

Пункт 1 статьи 982 ГК предусматривает, что авторам результатов интеллектуальной деятельности принадлежат в отношении этих результатов личные неимущественные и имущественные права.

Пункт 1 статьи 983 ГК говорит о том, что обладателю имущественных прав на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации принадлежит исключительное право правомерного использования этого объекта интеллектуальной собственности по своему усмотрению в любой форме и любым способом.

Применительно к объектам авторского права имущественные права закреплены в статье 16 Закона «Об авторском праве и смежных правах». Пункт 1 этой статьи предусматривает, что автору в отношении его произведения или иному обладателю авторских прав принадлежит исключительное право осуществлять или разрешать осуществлять следующие действия (далее идет перечисление конкретных правомочий автора). Пункт 3 этой статьи предусматривает, что автор имеет право на авторское вознаграждение за каждый вид использования произведения.

Ни здесь, ни где-то еще не говориться о том, что право на авторское вознаграждение прекращается у автора с заключением авторского договора. Гипотетически можно предположить, что автор может передать право на авторское вознаграждение (как одно из имущественных прав) по авторскому договору. Однако на практике нам с таким встречаться не приходилось и на 99,9 % можно быть уверенным, что и не придется.

Следовательно, если право на авторское вознаграждение по авторскому договору не передано, оно сохраняется за автором. Поэтому оно есть у автора безотносительно того, заключен или не заключен с ним авторский договор на передачу прав на использование его произведения. После заключения авторского договора право автора на вознаграждение никуда не исчезает. А раз оно у автора есть, то в отношениях, касающихся этого права, оно может соблюдаться, а может нарушаться – третьего, на наш взгляд, здесь не будет.

Право на авторское вознаграждение является одним из имущественных прав автора. Содержание права на вознаграждение выражается в том, что автору произведения предоставляется обеспеченная законом возможность требовать, чтобы при использовании произведения ему всегда выплачивалось вознаграждение, кроме случаев, специально указанных в законе.

Праву автора на вознаграждение за использование его произведения корреспондирует обязанность того, кто это произведение использует, выплатить автору вознаграждение. Если эта обязанность не исполняется (право автора на вознаграждение не соблюдается) и вознаграждение за использование произведения автору не выплачивается, то можно говорить о нарушении[10] права автора на вознаграждение – то есть о нарушении одного из имущественных прав автора.

Пункт 1 статьи 39 Закона «Об авторском праве и смежных правах» в данном случае предусматривает, что физическое или юридическое лицо, которое не выполняет требований настоящего Закона, является нарушителем авторского права. Пункт 4 цитируемой статьи говорит о том, что нарушение предусмотренных настоящим Законом авторского права и смежных прав влечет ответственность, предусмотренную законодательством Республики Беларусь.

Пункт 2 статьи 40 Закона «Об авторском праве и смежных правах» в качестве мер по защите нарушенных авторских прав предусматривает, что правообладатели вправе требовать, в том числе:

?    возмещения убытков, включая упущенную выгоду;

?    взыскания дохода, полученного нарушителем вследствие нарушения авторского права и смежных прав, вместо возмещения убытков;

?    выплаты компенсации в сумме от 10 до 50 тысяч базовых величин, определяемой судом, вместо возмещения убытков или взыскания дохода с учетом существа правонарушения;

Приведенные выше меры применяются по выбору правообладателя.

Таким образом, мы возвращаемся к основе процессуальной позиции Иванова:

1. он передал статью для публикации (одного из вариантов ее использования);

2. у него есть право на авторское вознаграждение за использование его статьи;

3. авторское вознаграждение ему не выплачивают в течение более чем двух лет с момента публикации (использования) статьи (хотя оно должно быть выплачено не позднее последнего дня месяца, следующего за месяцем опубликования его статьи);

4. невыплата авторского вознаграждения является нарушением одного из имущественных авторских прав Иванова (права на вознаграждение);

5. исходя из пункта 2 статьи 40 Закона «Об авторском праве и смежных правах», Иванов вправе требовать выплаты ему компенсации в сумме от 10 до 50 тысяч базовых величин за нарушение его имущественного авторского права.

Так почему же суд пришел к обратному мнению? Отсутствие аргументации, к сожалению, не позволяет однозначно ответить на этот вопрос. Остается только догадываться.

Кстати сказать анализ текста судебного решения показывает, что в нем термин «право на авторское вознаграждение» встречается только один раз – в первом абзаце при кратком изложении искового заявления. И то оно названо в решении несколько искаженно – «право на получение авторского вознаграждения». Больше по тексту решения этот термин не встречается, как не встречается и обоснование того, почему это имущественное авторское право истца суд не счел нарушенным.

************************

В заключение отметим, что в рассмотренной ситуации для Иванова самым подходящим выходом стало бы изменение основания иска – надо было просто согласиться с судом, что авторский договор на использование этой статьи между Ивановым и УП «С» не заключался (поскольку не было достигнуто соглашение по всем существенным его условиям, в частности – по условию о размере авторского вознаграждения). Исходя из этого, использование статьи было бездоговорным, а значит требование о взыскании компенсации за нарушение авторского права на вознаграждение заявлено вполне правомерно и подлежит удовлетворению.

Да, сделать так было значительно проще и, как показала история, выгоднее. Тогда, можно предположить, в иске Иванову бы не отказали. Однако Иван хотел довести дело до логического завершения с той позицией, которую он занял изначально, независимо от возможности того, что в иске ему откажут.

При этом надо заметить, что отказ в иске не стал поражением. Иван отправил УП «С» письмо с требованием выплатить ему вознаграждение за опубликование серии его статей в журнале «П» (в первоначальной претензии речь шла о выплате не вознаграждения, а компенсации). На это получил приглашение придти в офис УП «С» для обсуждения условий этой выплаты. То есть со стороны ответчика произошли подвижки в нужную сторону. И это не может не радовать!


[1] Следует отметить, что это предложение – явная «подгонка» фактов. Иванов неоднократно обращал внимание суда на тот факт, что с ним условия публикации этой статьи не обсуждались. А раз они не обсуждались – следовательно, и соглашения по ним быть не могло. Да, Иванов не оспаривал наличие авторского договора. Однако «не оспаривать» — это одно, а «достигать соглашения» — это абсолютно другое.

Все сноски по тексту судебного решения являются примечаниями автора и содержат ремарки, на которые хотелось бы сразу обратить внимание читателей.

[2] Почему-то судом были оставлены без анализа доводы истца о том, что договор между юридическим и физическим лицом согласно ст. 162 ГК должен быть заключен в письменной форме. Норма статьи 162 ГК, по мнению истца, и являлась устанавливающей письменную форму в контексте ст. 160 ГК.

[3] Цитируя в решении ст. 288 ГК, суд почему-то обходит вниманием п. 3 ст. 16 Закона «Об авторском праве и смежных правах» — в решении не приводится ни текст этой нормы, ни обоснование отсутствия ссылки на эту норму. Между тем, норма п. 3 ст. 16 Закона «Об авторском праве и смежных правах» о том, что автор имеет право на авторское вознаграждение за каждый вид использования произведения, является центральной в исковом заявлении Иванова, во всей его процессуальной позиции и в обосновании им своих требований.

[4] Здесь тоже надо отметить бросающуюся в глаза «натянутость» доводов суда. «Знать порядок определения размера вознаграждения и сроки его выплаты» — это одно, а «достигать договорённости по всем существенным условиям договора» — это совершенно иное. Договоренность-то достигается в процессе переговоров, обсуждения. А если обсуждения не было – как может быть достигнута договоренность?..

[5] Следует отметить, что суд не понятно почему оставил без внимания доводы истца относительно презумпции возмездности гражданско-правовых договоров (п. 3 ст. 393 ГК), подкрепленной ст. 26 Закона «Об авторском праве и смежных правах», которая предусматривает, что ставки вознаграждения в авторском договоре не могут быть ниже ставок, установленных Совмином.

[6] Происходит подмена понятий: «нарушение права на авторское вознаграждение» подменяется на «невыполнение принятых на себя по договору обязательств». Проявление и того, и другого одно – автор остался без денег за публикацию его статьи. Однако правовое регулирование и правовые последствия различны – за «невыполнение принятых на себя по договору обязательств» не предусмотрена ответственность в виде компенсации в размере от 10 до 50 000 базовых величин.

[7] На эту фразу надо обратить самое пристальное внимание, поскольку в ней заключена причина отказа в иске . Суд самостоятельно «перевел стрелки» на неисполнение денежного обязательства, ни словом не оговорившись, почему же он не считает нарушенным право истца на авторское вознаграждение. Ведь Иванов не просил выискивать нарушения авторского договора, его требование было четким – взыскать компенсацию за нарушение авторского права на авторское вознаграждение.

И если в этом требовании суд Иванову отказывает, то это должно быть четко обосновано. А обоснования здесь, на наш взгляд, может быть только два: либо у Иванова в данной ситуации не было права на авторское вознаграждение (следовательно, ответчику было нечего нарушать), либо право Иванова на авторское вознаграждение в данной ситуации ответчик не нарушил. Но почему это так или так – суд должен был описать и обосновать.

[8] «Истец отказался» — тоже очень интересное выражение в данном контексте… Отказаться можно, если об этом прямо спрашивают. А если прямого вопроса не задают, можно ли говорить об отказе?..

[9] Применение выражения «рассмотрение его требования как меры ответственности, установленной главой 25 ГК Республики Беларусь» также интересно. Ведь истец просил взыскать компенсацию за нарушение авторского права на авторское вознаграждение. Возможность требовать выплаты компенсации за нарушение авторских прав предусмотрена ст. 40 Закона «Об авторском праве и смежных правах». Эта мера ответственности главой 25 ГК не предусмотрена. Поэтому даже теоретически невозможно рассматривать требование выплатить компенсацию как меру ответственности, установленную главой 25 ГК.

[10] Толковый словарь русского языка С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой термин «нарушить» определяет как «1. помешать нормальному состоянию, развитию чего-нибудь, прервать; 2. не выполнить, не соблюсти чего-нибудь».

8328